Война в Афганистане осталась в истории. Ветераны тех боевых действий восемнадцати-двадцатилетними мальчишками впервые понюхали пороху и вынесли в памяти многое, о чем стараются не вспоминать и не рассказывать. Порой и не скажешь, глядя на них, что побывали в пекле той необъявленной войны.

Эстафета поколений: начальник стрелкового тира ФСК «Фортуна» ветеран-афганец Владимир Румянцев и будущий защитник Отечества Максим Михайлов – кандидат в мастера спорта, победитель первенства России 2018 года.

Фото: Игорь Ружицкий, «Губкинская неделя».
Владимир Румянцев родился и вырос в районном центре Упорово Тюменской области, там же окончил среднюю школу. Пытался поступить в Тюменский государственный университет на только что открывшийся юридический факультет, хотя мама, школьный учитель, прочила ему профессию учителя-историка. Но конкурс был огромный, и выпускника, окончившего школу на 4 и 5, постигла неудача даже при успешной сдаче вступительных экзаменов. И по возвращении в родное Упорово он решил отучиться на курсах водителей при профтехучилище и потом пойти в армию.

Но и в этом Владимира постигла неудача: курсы он не окончил, потому что 12 апреля 1987 года с самым первым набором был призван на службу. Сперва путь лежал в Тюмень, потом самолетом в Душанбе, а оттуда поездом в Термез.

Там сразу стало ясно, что будет дальше: до границы с Афганистаном пара километров, – вспоминает Владимир Юрьевич. – Попали в учебную часть мотострелкового полка, обучались в роте гранатометчиков. В начале августа нас подняли по тревоге, погрузили в самолет, и перелетели мы в провинцию Кундуз.

Для молодых бойцов было удивительно, что вновь прибывших распределяли по частям, не обращая внимания на то, какие военные специальности они получили в учебках. Так Владимир, мотострелок-гранатометчик, попал в артиллерийский полк и был назначен заряжающим в орудийный расчет гаубицы Д-30.

Служба проходила на заставе охранения (еще их называют точками) в нескольких километрах от основного места дислокации полка. Батарея постоянно вела беспокоящий огонь: километрах в пяти от орудийных позиций начиналась «зеленка», где проходили караваны наркотрафика на территорию Советского Союза. Быт на заставе был налажен, жизнь шла размеренно, не было строевой муштры, как в расположении полка. Половина личного состава всегда заступала на дежурство и уходила в наряды в боевое охранение, вторая половина в это время отдыхала. Иногда только по ночам беспокоили снайперы.

Среди восемнадцати человек были армяне, узбеки, таджики, калмык, два латыша, украинцы, русские. И никакой розни не было, никакого национализма – жили и служили душа в душу, как вспоминает Владимир Юрьевич. Конечно, разделялись по срокам службы, никуда от этого не деться, но в сложных ситуациях те, кто постарше, больше и ответственности на себя брали. Поэтому на заставе был полный порядок.

Трижды рядовой Румянцев участвовал в боевых операциях. На первую сам напросился месяца через два после прибытия на заставу – молодых необстрелянных солдат на боевые не брали.

– Если честно, страха не было вообще, – рассказывает он. – Больше было интереса, наверное, такова мальчишеская психология. Из мотострелкового полка, стоявшего неподалеку, были похищены трое солдат. Видимо, у командования имелась информация о том, где они находились, была быстро организована полковая операция, выехали и оцепили территорию в горной местности. Помню, стояли перед кишлаком, вышли трое старейшин, о чем-то говорили с ними командиры. Мы, солдаты, были в стороне. За нами были гаубицы, самоходки, дальше стояли «Грады». Как мы поняли, похищенных солдат уже не было в живых. Командиры до нас довели, что за выдачу тел требовали сто автоматов. Конечно, на передачу боевого оружия никто не пошел, последовал жесткий приказ открыть огонь по кишлаку. Вот тогда я первый раз увидел, как работают «Грады» и САУ, наши гаубицы по сравнению с ними – семечки. Кишлак был полностью уничтожен. После этого отработали артиллерией по склонам гор, а потом мотострелковый полк пошел зачищать местность. Операция длилась около двух часов. Это было первое шокирующее впечатление, когда везли бэтээрами и вели ребят, были убитые и раненые. После этого и пришло осознание того, где мы находимся и что это совсем не шутки...

Больше об участии в боевых действиях Владимир Юрьевич рассказывать не стал.

* * *
Сдавали заставу местной власти 19 августа 1988 года, начался вывод войск с территории Афганистана. Вывезли орудия, технику и личное оружие, а все имущество оставили Царандою – формированиям Министерства внутренних дел республики. После перелета самолетом на территорию Советского Союза дальнейший путь лежал в Ленинградскую область, где Владимир дослуживал в подразделении РВСН – ракетных войск стратегического назначения. В июне 1989 года он демобилизовался и вернулся в родное Упорово. После года работы физруком в школе поступил в Курганский государственный университет на факультет физической культуры, в 1994-м стал работать в отделении по делам несовершеннолетних райотдела милиции, совмещая с работой в школе. А с 1995 по 1999 год полноценно служил в милиции оперуполномоченным уголовного розыска уже в офицерском звании, полученном после окончания вуза. В 1999 году старший лейтенант Владимир Румянцев был назначен начальником уголовного розыска Упоровского РОВД.

Вся дальнейшая жизнь Владимира Румянцева, по его словам, была в погонах. В 2000 году отправился осваивать Крайний Север – работал в поселковом отделении милиции в Пурпе, в Пуровском РОВД, дослужился до должности первого заместителя начальника райотдела и звания подполковника милиции.

В 2011 году, во время реорганизации милиции в полицию, перед ним встал выбор: переводиться в Губкинский отдел МВД или уйти в отставку и на пенсию по выслуге лет. Но в это время Владимир Юрьевич учился в Академии управления МВД России, и выбор был сделан: продолжить службу.
Владимир Румянцев вышел в отставку в 2017 году, сегодня руководит стрелковым тиром физкультурно-спортивного комплекса «Фортуна», ведь по первому образованию он учитель физкультуры. А полученный еще во время срочной службы армейский опыт оценил однозначно:

– Безусловно пригодился. Это порядок и дисциплина. Сложно сказать, в чем конкретно пригодился, наверное, главное то, что армия научила быть мужиком, держать слово и не давать в обиду товарищей и подчиненных. Не терплю подлости: служили в Афганистане в маленьком коллективе, и у нас это пресекалось очень быстро и жестко. Опыт становления порядочного человека пригодился и в жизни, и по службе. Я надеюсь и считаю, что никого и никогда не предал.