Фазиль Давуд-оглы (в крещении  Василий) Ирзабеков уже хорошо знаком многим губкинцам: известный православный писатель, культуролог, филолог, главный редактор интернет-журнала "Живое слово"  (zhivoe-slovo.ru) дважды побывал в нашем городе, выступал перед разной аудиторией, оставив неизгладимый след в умах и душах северян.

Сакральное зеркало нации

Фазиль Давуд-оглы (в крещении  Василий) Ирзабеков уже хорошо знаком многим губкинцам: известный православный писатель, культуролог, филолог, главный редактор интернет-журнала "Живое слово"  (zhivoe-slovo.ru) дважды побывал в нашем городе, выступал перед разной аудиторией, оставив неизгладимый след в умах и душах северян.
 
Трепетному отношению азербайджанца к русскому слову стоит поучиться русским по рождению. При этом Василий Давыдович с неменьшим трепетом, с гордостью рассказывает о своем народе, о его истории и культуре, о лучших его представителях. В преддверии Международного дня родного языка мы побеседовали с В. Д. Ирзабековым о языке, о проблемах его сохранения и роли в жизни людей. 
 
– Василий Давыдович, насколько сегодня актуальна проблема сохранения родного языка?
 
– Проблема сохранения языка была актуальна во все времена, а сегодня она архиважна. Если говорить глобально – это планетарная проблема. Согласно статистике каждые две недели на планете умирает один язык. К середине этого века половина языков должна 
исчезнуть.
 
Дело в том, что это языки малых народов, малых племен, которые разбросаны по всему миру. Возьмите Дагестан: на такой маленькой территории 36 языков и 70 диалектов! Причем они часто абсолютно не схожих лексических систем. Сыграл роль ландшафт – горы, ущелья. Народы развивались изолированно друг от друга, поэтому, что ни народ – то свой язык, абсолютно другой. Слава Богу, есть русский язык. В любом, даже самом отдаленном ауле Кавказа люди простого рода занятий (не люблю и не понимаю выражение "простой человек", я за всю свою жизнь не встретил ни одного простого человека) хорошо говорят по-русски. А потому, что это язык межнационального общения: зная русский язык, ты говоришь, в данном случае, со всем Дагестаном.
 
– Почему в мире исчезает так много языков?
 
– Это идет тотальное наступление английского языка. Вот удивительно: русский язык тоже очень распространен, на нем говорят множество людей, но русский язык никогда так агрессивно себя не вел по отношению к другим языкам. Более того (нужно, чтобы молодежь это знала), в Советском Союзе была беспрецедентная ситуация: в Ленин-граде действовал единственный в мире университет, где малые народы Севера могли получить высшее образование на своем национальном, племенном языке!  Это вот отношение русского сознания к малым народам. Об этом нужно все время говорить, потому что уже выросло несколько поколений людей, которые ничего не знают о нашем прошлом, и когда я привожу этот пример, многие очень удивляются.
 
Сегодня рассуждают о том, что обучение на родных языках – это затратно, не приносит прибыли... О какой коммерческой составляющей здесь вообще может идти речь?! А в Советском Союзе на первом месте была культура. Корень слова "культура" – это "культ" – то, во что веришь. У кого какой культ – у того такая культура. И в этой связи хочу затронуть одну горячую тему.
 
Как это ни парадоксально, в последние годы самую большую угрозу русскому языку несут так называемые российские писатели и деятели культуры. У меня есть лекция "Культура как миссия", потому что культура – это миссия. И встает вопрос: а какую миссию они выполняют?
 
– Вы имеете в виду развернувшиеся в последнее время дебаты вокруг ненормативной лексики?
 
– Именно! Несколько дней тому назад  я написал статью на эту тему. Главным образом ссылаюсь на Святых Отцов, на их богатейшее наследие. Буквально сегодня вспомнил и достал из своего архива доклад, который делал в 2007 году (8 лет прошло!). Я выступал с ним о нецензурной брани "Устами нечестивых разрушается град". Мне тогда казалось, что придет время (народ же воцерковляется) и наша речь очистится от ненормативной лексики. Но когда люди, которыми мы гордились, – писатели, режиссеры – выступили за легализацию мата!..
Одни из последних слов, которые сказал Христос в своей земной жизни, обращаясь к Своему Отцу, уже будучи прибитым к Кресту: "Прости им, Отче, ибо не ведают, что творят". Или они не ведают, что творят, или они негодяи. Я умышленно выбираю это жесткое слово, потому что, в отличие от меня, в большинстве это природные русские люди.
 
Слава Богу, что русскость значительно шире и выше биологии. В прошлом году в Губкинском я в своих выступлениях рассказывал о Владимире Ивановиче Дале – человеке, в котором не было ни капли русской крови, но это один из величайших русских людей, потому что он сберег наш язык, помог в сбережении двухсот тысяч наречных слов, большинство из которых пропали бы – они ведь не закреплены в литературных текстах. Почти 32 тысячи русских пословиц и поговорок собрал и сохранил для будущих поколений человек, который вообще не был филологом по образованию. А здесь люди, которые с гордостью называют себя русскими, выступают за легализацию мата. Причем где? Не в подворотне, а кинематографе! А мы знаем, как важна картинка для современного человека.
 
Они, что, не знают, что мат – это хула на Приснодевство Пресвятой Богородицы? Почему раньше можно было создавать величайшие и литературные, и кинематографические произведения, не прибегая к ненормативной лексике? Они не читали Евангелие? Иисус говорил, что человек, который назовет брата своего "рака" (то есть пустой человек, дурак), подлежит синедриону (суду, который судил Его Самого), а кто скажет "безумный",  подлежит  геенне огненной. А мы что каждый день друг другу говорим? Дурак, идиот, даун... Мы друг друга каждый день называем безумными!
 
Не случайно ненормативную лексику называют инфернальной. "Инферно" по латыни – "ад", "грязь". Что, наши деятели культуры этого не знают? А если знают, значит они негодяи, которые умышленно призывают открыто хулить Богородицу.
 
На эту тему у нас есть богатейшее святоотеческое наследие. Еще Иоанн Златоуст об этом писал (а это четвертый век!), писал Василий Великий. Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) целую проповедь прочел на эту тему. Он и как архипастырь, и как профессор медицины обратился к людям, доказав, что как физическая зараза разрушает организм, так и духовная зараза, заключенная в этих словах, разрушает страну, нацию. А сегодня, когда мы фактически каждую минуту находимся на пороге войны, в тот момент, когда мы должны более всего очиститься, всплывает такая мерзость.
 
Я всегда интересовался русской историей и, в частности, историей Руси. Меня поражало, что накануне всех решающих битв русские воины постились. В нашем житейском сознании бытует представление о том, что битва – это большие физические затраты, следовательно, нужно основательно подкрепиться. 
 
А они молились и постились. И одерживали совершенно потрясающие победы! Те русские воины поступали абсолютно правильно. В отличие от наших так называемых деятелей культуры они жили Евангелием. 
 
В Евангелии Господь говорит о бесах: "Род сей побеждается постом и молитвой". Русь всегда святая, а тот, кто идет против Руси, естественно, кто? Бес. Люди видели, как вели себя те, кто приходил на Святую Русь, будь это полудикий кочевник или просвещенный француз: в лучшем случае жгли храмы, превращали их в конюшни, а в худшем – устраивали там отхожие места. Это исторические факты.
 
Я имел счастье быть лично знакомым с поэтом, писателем, краеведом, историком Валентином Ивановичем Стариковым. Прочитав мою первую книгу "Тайна русского слова", он сказал: "Василий Давыдович, это не худшее, что они делали в наших храмах". Я был удивлен – а что может быть еще хуже, чем превратить храм в отхожее место?! "Есть хуже, – ответил он. – Некоторые из них отправляли в российских храмах черную мессу, приносили в жертву младенцев на святых престолах"...
 
Вот и сегодня, понимая ситуацию, вместо того, чтобы, как наши предки, спасаться постом и молитвой, эти люди ведут разговоры о том, запрещать или нет мат! Они замахиваются на русский святой язык, они, которые должны быть первыми его радетелями, защитниками. Мне очень хочется верить, что все это делается по неведению. Слава Богу, я прочел в Интернете, что есть реакция на это президента Владимира Владимировича Путина.
 
Вообще, много лет слушая наших высокопоставленных политиков, я невольно анализирую их речь. Речь Путина становится все лучше и лучше. А для меня это вернейший признак того, что человек преображается внутренне. Язык – первый показатель внутреннего мира. Мой любимый Сократ – такая жившая до Христа христианская душа, мудрейший человек – сказал: "Начни говорить, чтобы я тебя увидел". С того момента, как человек отверзает уста, все про него становится ясно. Поэтому очень важно, как говорит первое лицо государства, лидер страны. И мне очень за него радостно.
 
В церковнославянском языке все четко: "язык" – это "народ". Как в известном православном песнопении: "Разумейте, языцы, и покаряйтеся, яко с нами Бог". Поэтому чистота языка – это состояние народа, такой удивительный универсальный индикатор, который показывает одновременно состояние и отдельно взятого человека, и всей нации – такое сакральное зеркало. 
 
– Что бы Вы сказали молодым людям, которые стесняются говорить на родном языке либо не хотят по каким-то причинам?
 
– Интересно, как Господь управляет! Я сегодня прочел высказывание неприродного русского человека Валдиса Пельша. Его слова – самый замечательный ответ на этот вопрос: "Если человек стесняется того, что он русский, пусть не стесняется – он не русский". То же самое можно сказать о людях любой национальности.
 
Поэтому на обложке первой и, наверное, главной книги в моей жизни написано:  "Тайна русского слова. Заметки нерусского человека". Это честно. Нельзя отказываться от своей национальности. Просто я – русский азербайджанец. Я каждый день встречаю русских китайцев, русских узбеков, русских немцев. Даль был русским датчанином. Он ни разу себя русским не назвал, но был истинно русским человеком. Даст Бог, я снова приеду в Губкинский, и у меня будет возможность больше рассказать об этом человеке-галактике. Должен сказать, я очень люблю ваш город. Когда у меня спрашивают, в каких городах я мог бы жить, кроме Москвы, отвечаю, что есть три таких города, и один из них – Губкинский.
 
– Почему?
 
– А мне у вас очень понравилось. Я смог бы здесь жить. Причем мне было приятно общаться абсолютно со всеми, начиная с главы города, – он мне очень понравился, я нигде больше такого не встречал. Мы шли с Валерием Владимировичем по улицам, он сам мне показывал город, и навстречу нам попадались люди: подростки, пожилые, мамы с колясками – все с ним здоровались. И он здоровался со всеми. Я такого тепла людей к первому лицу города и его – к людям не встречал.
 
И еще один момент меня подкупил. Два раза я приезжал в Губкинский, и оба раза глава просил меня выступить перед сотрудниками аппарата. Это дорогого стоит. Ему небезразлично, как разговаривают его сотрудники, каково их духовное состояние, их культурный уровень. И сам сидел в зале.
 
Вообще, все люди, кого я встречал в вашем городе, совершенно замечательные. Чем севернее – тем теплее! Я часто бываю на Ямале, в Сургуте, причем только в зимнее время, и на Севере я отогреваюсь – парадокс!
 
– Спасибо, Василий Давыдович, за интересную беседу. Очень надеемся на встречу и в этом году!
 
– Помоги нам всем Господь! 
 
Беседовала Алла НАЗАРОВА