Сколько таких героических страниц Великой Отечественной канули в Лету потому, что не осталось свидетелей. Эта история стала известна лишь благодаря описавшим ее немецким офицерам, оказавшимся в плену у американцев.

Один в поле – тоже воин

Сколько таких героических страниц Великой Отечественной канули в Лету потому, что не осталось свидетелей. Эта история стала известна лишь благодаря описавшим ее немецким офицерам, оказавшимся в плену у американцев.
 
Первые дни войны. Идут бои в Литве. В секторе боевой группы "Раус" относительное затишье. Командир Эрхард Раус приказывает отправить раненых и пленных в город Расейняй. Колонна выехала утром 24 июня и буквально в полутора километрах от командного пункта наткнулась на советский тяжелый танк КВ-1 ("Клим Ворошилов"). Как он там оказался – осталось загадкой. Возможно, заканчивалось горючее и экипаж решил занять ключевую позицию (из-за болот объехать эту дорогу никак нельзя было) и принять свой последний бой. По воспоминаниям местных крестьян, машина еще накануне выехала на перекресток и простояла там всю ночь.
 
Танк открыл огонь по колонне, развернув ее обратно. В штабе группы "Раус" поднялся переполох: была информация, что готовится контратака советской танковой дивизии, и гитлеровцы решили, что "началось". Пока разбирались, что к чему, советский танк обстрелял еще одну колонну – с горючим и боеприпасами, уничтожив 12 грузовиков.
 
Когда гитлеровцы разобрались, что против них действует всего один танк, выдвинули против него четыре 50-миллиметровых противотанковых орудия. Первое попадание "зрители", занявшие все возможные точки для наблюдения за легкой победой германского оружия над одиночкой, встретили радостными криками. Потом было еще семь снарядов. Все, конец! Но... башня "Клима Ворошилова" начала разворачиваться в сторону стрелявших! Танк открыл огонь и несколькими попаданиями уничтожил две пушки и еще две повредил.
 
Немцы попытались из гаубицы обстрелять советскую машину из укрытия, но не попали, а снова выходить в лобовую побоялись. Тогда Раус запросил у командования 88-миллиметровую зенитку, снаряды которой уверенно пробивали броню КВ. Прикрываясь остовами сгоревших грузовиков, зенитчики  начали готовиться к стрельбе. Но советский экипаж уже был готов к "радушной встрече" и первым же выстрелом уничтожил зенитку.
 
Положение было критическим: фашисты несли потери, не могли вывезти раненых, подвезти в расположение группы продукты, горючее и снаряды. Ночью они попытались заложить под танк взрывчатку, но что-то пошло не так и единственным ущербом оказались порванные гусеничные траки. В ответ незваные гости получили пулеметную очередь.
 
На следующий день, пока из Расейняя подтягивали еще несколько зениток, Раус приказал своим танкам атаковать КВ-1. Конечно, орудия его легких машин были бессильны против мощной брони "Клима Ворошилова", но могли отвлечь внимание от готовящихся 
к стрельбе зенитных орудий.
 
Первый же выстрел пришелся точно в цель. Героический экипаж еще пытался бороться, башня начала разворачиваться в сторону неожиданной опасности, но грянул второй выстрел, и она замерла... Немцы не могли поверить, что все кончено, и всадили еще четыре снаряда в несокрушимый советский танк.
 
Через некоторое время гитлеровцы решились приблизиться к машине, сутки державшей всех в напряжении. Они с удивлением осматривали вмятины, пробоины, кто-то постучал по броне, и... башня шевельнулась! Все в ужасе бросились врассыпную, но один из солдат выхватил гранату и через большую пробоину забросил ее внутрь танка. Взрывной волной распахнуло люк. Когда дым рассеялся, немцы осторожно заглянули внутрь и обнаружили шесть тел советских танкистов.
 
Отвага этих людей настолько поразила гитлеровцев, что они похоронили погибший экипаж.
 
В 1965 году останки героев с почестями перенесли на воинское кладбище в Расейняе. Имена всех танкистов до сих пор неизвестны. На мемориальной доске написано: "Ершов П. Е., Смирнов В. А., воин с инициалами Ш. Н. А. и три неизвестных воина".
 
Подготовила Алла НАЗАРОВА